Языки нового века

На прошлой неделе посмотрел очередную передачу из серии «языковой вопрос». Тема эта деликатная, конфликтная и топовая, которую политики и журналисты усиленно и с любовью эксплуатируют, каждый со своей целью. Наблюдая эту очередную дискуссию, подумалось о двух вещах.

Первая, это чат в вайбере моего сына, который общается там со своими одноклассниками. Как-то заглянув в телефон, я там текста не увидел вообще. Сплошные эмодзишки. Это при том, что ребята учатся в одной из самых рейтинговых школ Киева, при том, что сын может читать книги — как украинские, так и русские — запоем. Второе, что всплыло в памяти, это лента моего игрового твиттера. Это аккаунт, где читаю и пишу о своем игровом опыте (да, я геймер со стажем). Гифки, видосики, арты, скриншоты из игр. Да, текст там есть, но в процентном отношении это не более половины от контента. На первый взгляд, это может показаться примитивом. Мол, что это такое, картинки какие-то, а как же великая текстовая традиция, как же эпистолярный жанр, умение выражать свои мысли и все такое. С другой стороны если посмотреть на это более прагматично, то «графика» нагружена не меньшим количеством смысла, а если вы в тренде и понимаете контекст, то еще лучше.

Так собственно, о чем я? О том, что текст серьезно подвинут графическим и видео контентом. Причины этого довольно просты. Первое, это то, что средства производства такого контента сейчас намного более доступны, чем даже десять лет назад. Мобильные телефоны и планшеты, видеокамеры, компьютеры, программное обеспечение для создания видео, графики, звуковых треков. Вспомните, сколько раньше нужно было усилий и какое оборудование, для того, чтобы просто напечатать черно-белые фотографии. Второе — «сырья» для производства вагон и маленькая тележка. Как и «сетей дистрибуции», т.е. всевозможных социальных сетей, мессенджеров, сервисов. В результате мы имеем массу информации, для восприятия которой язык вообще не нужен или нужен в совершенно гомеопатических целях. Да, в середине 90-х и начале нулевых, когда был живы фидошные эхи, набирал популярность ЖЖ и интернет-форумы, текст правил бал. Сейчас многое поменялось.

К этому еще стоит прибавить то, что культурные рамки тоже размываются. Вспоминаю свою «датскую командировку» в середине 90-х. В общении с ровесниками из других стран бывали проблемы, когда нужно было объяснять контекст. Скажем, анекдоты про Чапаева и Петьку требовали экскурса в историю революции, гражданской войны, а также советского кинематографа 30-х. Рассказывать анекдоты про Штирлица я даже не пытался, потому как объяснить немцу, почему в СССР был мегапопулярен сериал в которых главные герои являются офицерами СС и СД было бы весьма затруднительно. Но когда дело доходило до просмотра и обсуждения Pulp Fiction и Star Wars, то проблем вообще не возникало. Другими словами, массовая культура, средства опять же массовой информации и ее полная доступность создает универсальное смысловое поле, понятное вне зависимости от того, на каком языке говорит человек.

Конечно, глупо утверждать, что «гифки» и «видосики» в кратчайшие сроки заменят полностью вытеснят «классический» текст. Даже этот материал я пишу именно текстом. Но то, что сейчас появляется семантическое пространство, отвязанное от конкретного языка и культурной традиции нужно понимать. И аналогии со скажем, произведениями искусства, картинами, скульптурами и архитектурой тут тоже не совсем прямые. Не секрет, что композиции, детали и символика тех же картин, скажем, Средневековья, имела сильный локальный подтекст, который полностью «считывался» именно носителями культуры. Сейчас дети с разных концов планеты без проблем поймут какие-то графические мемы, а вот их родители как раз могут и выпасть из диалога.

Так что традиционные «линейные языки» с национальным колоритом будут жить и будут понятны их носителям, а всем остальным — только с большим словарем. Но «универсальное поле» будет расширяться и далее. Тем более, что сейчас мы стоим на пороге еще одного «культурного сдвига», связанного с дополненной реальностью. В перспективе нас ожидает эволюция гифок в трехмерные интерактивные артефакты. Куда нас это заведет пока сказать трудно, но вполне возможно, что именно из этого будет расти знаковые системы для описания мира в будущем. И, скорее всего, степень владения этими новыми языками будет обозначать разницу в поколениях, а не между странами и народами.

Приверженцам традиций я могу сказать, что медитация на национальную культуру, язык и особую духовность их носителей имеет обратную сторону. А именно — сужение кругозора и изоляцию, в крайних случаях иллюзию некоей элитарности и особости, а также полное отторжение «другого» и «иного». Уже сейчас важно знать не только «свою родную» культуру, но и иметь понимание как соседских, так и глобальных культурных контекстов. Причем вне зависимости от политических отношений.

Comments

comments

2 Comments

Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *